#моя [не]идеальная жизнь - Софи Кинселла

Сегодня на ней хрустящая белая рубашка, волосы блестят (она уложила их феном в моей комнате), и у нее спокойный и сосредоточенный вид.

– Доброе утро. – Алекс не в восторге от того, что она села напротив него. – Послушай, Деметра, нет никакой спешки, мы можем сделать это позже…

– Мне нужен еще один день, – перебивает его Деметра. – Дай мне один день.

– Черт возьми! – Алекс сердито смотрит на нее, потом переводит взгляд на меня. – Я так и знал, что вы что-то замышляете.

– Один день, – поддерживаю я Деметру. – Вот и все. Это же пустяк.

– Деметра, я не могу дать ни одного дня, – отрезает он. – Я уже сказал Адриану, что сообщил тебе эту новость.

– Но у нас же не было официальной беседы, – возражает Деметра. – Ты не объяснил мне мои права. И ты вполне можешь дать мне еще один день. Ты должен.

– Да, должен, – подтверждаю я. – А иначе…

Алекс с подозрением смотрит на меня:

– А иначе что?

– А иначе ты будешь сволочью. Прости, папа, – добавляю я.

– Не стесняйся, Кейти, дорогая! – Папа размахивает тостом. – Выложи ему все!

– Речь идет о моих средствах к существованию, – ровным голосом произносит Деметра. – И это не должно кончиться вот так. Алекс, я дала тебе столько шансов и столько раз тебя поддерживала! Так что ты мне обязан. И ты это знаешь. – В ее голосе звучит что-то близкое к презрению.

Наступает пауза. Все затаили дыхание. Вижу, слова Деметры пробудили совесть Алекса. Он думает… думает… Потом вздыхает, нарушая чары.

– Ну ладно. Предположим, ты получишь еще один день. – Он пожимает плечами, словно говоря: и что потом?

– В офисе есть много распечаток имейлов. Сотни бумаг сложены в моем шкафу. – Деметра опирается о стол руками, как политик на трибуне. – Позволь мне их просмотреть.

Алекс качает головой:

– Деметра, как только ты появишься в офисе, тебя сцапает Адриан. Он сразу же отправит тебя к эйчарам, и тебя в момент уволят.

– Мы об этом подумали, – вставляю я. – Это сделаю я. Я притворюсь, будто что-то забыла в офисе. Никто меня не заподозрит.

– Я дам ей ключ от своего шкафа. – Деметра вынимает кольцо с ключами и звенит ими. – Я напишу письмо с разрешением войти в офис. Да и кто станет останавливать Кейти?

– Это может сработать, – признает Алекс.

– Это непременно сработает.

– Маффины? – В руках Бидди корзинка с маффинами. – Тут есть с яблоками… с черникой… с брусникой… Алекс? – Она разочарованно смотрит на его тарелку. – Вы совсем не едите!

– Ем, – торопливо возражает Алекс и, подцепив на вилку ломтик бекона, отправляет в рот. Откидывается на спинку стула и усердно жует. Затем качает головой. – Но есть еще одна проблема. Адриан ожидает, чтобы я позвонил ему и доложил, что сегодня утром покончил с этим делом как положено.

– Ну так потяни время, – нетерпеливо произносит Деметра.

– Как?

– Не отвечай на звонки.

– Весь день?

– Или пошли ему имейл. Придумай какую-то отговорку.

– Какую отговорку?

– Я не знаю! – отрезает Деметра. – Изобрети что-нибудь! Ты же славишься изобретательностью?

– Простите, что подслушала, – с улыбкой вмешивается в разговор Бидди. – Вам не нужна помощь?

И Деметра, и Алекс смотрят на Бидди с таким удивлением, словно внезапно заговорил чайник.

– Не знаю, каким образом вы сможете помочь, Бидди, – вежливо отвечает Деметра. – Но если бы вы могли сделать так, чтобы мой босс отцепился от меня на весь день, я была бы очень признательна. – Она невесело смеется.

Алекс кивает:

– Я тоже был бы весьма признателен.

– Легко, – говорит Бидди. – У вас есть его номер?

Алекс удивленно смотрит на Деметру, потом ехидно улыбается и протягивает Бидди свой смартфон. – Вот номер его мобильника. Но Адриан еще дома.

– Еще лучше. – Бидди подмигивает ему. – Мы застанем его врасплох. – Она поворачивается к Деметре: – Он знает, что ваша фамилия по мужу – Уилтон?

– Да. – У Деметры заинтригованный вид.

– Хорошо!

Мы все с напряженным вниманием наблюдаем, как Бидди набирает номер.

– Алло? – говорит она. – Это Адриан? Говорит Бидди, жена фермера с Энстерз-Фарм в Сомерсете. – Она утрирует акцент, и он становится густым, как сомерсетские сливки. – Мне очень жаль, сэр, но и миссис Уилтон, и мистер Эсталис ужасно больны. Ужасно.

Слышно, как на другом конце провода что-то восклицают. Бидди безмятежно слушает.

– Ужасно плохо, – повторяет она. – Ну и ночка была, сэр! Оба так мучились, бедняжки. Они попросили меня вас известить.

На том конце снова взрыв, и Бидди нам подмигивает.

– Нет, сэр, – спокойно произносит она. – Они не смогут подойти к телефону. Правда, – добавляет она бодро, – у меня для вас сообщение. Мистер Эсталис попросил вам передать, что поскольку ему так плохо, он не совсем закончил дело, ради которого приехал. – Она невозмутимо выслушивает горестные возгласы Адриана. – Да, не совсем закончил. Но возьмется за него снова, как только сможет. Что бы это ни было, – добавляет она с невинным видом.

Я бросаю взгляд на мистера Эсталиса. Алекс с возмущенным видом медленно качает головой, но его явно разбирает смех.

– Такая жалость, – продолжает Бидди. – Да еще в отпуске. В любом случае, им лучше оставаться в постели. Позже я вызову доктора. Передать от вас привет им обоим? И какие-нибудь цветы, сэр? Сомерсетский букет каждому?

Она выслушивает ответ и отключает мобильник.

– Он передает привет, – говорит Бидди, подмигнув, и возвращает трубку Алексу.

– Бидди, вы неподражаемы! – восхищенно восклицает Алекс, и я ощущаю прилив гордости. Затем он с кривой усмешкой поворачивается к Деметре и пожимает плечами. – Ну вот. Ты получила свой день.